Появление кофеин в Лондоне

Появление кофеин в Лондоне
Появление кофеин в ЛондонеЗавезенный в страну лондонским купцом, торговавшим во времена Английской республики, кофе был воспринят в обществе далеко не однозначно. Врачи обрадовались, восприняв его как противоядие алкоголю. Женщины же стали подозревать, что этот напиток лишает их супругов мужской силы. Они не хотели мириться с тем, что их благоверные целыми днями пропадали в кофейнях, а потому выступали с протестом против этого "черного, как вода из лужи, пойла густого, ужасно горького, с резким тошнотворным запахом".

В своем ходатайстве о запрещении кофе женщины писали, что никогда еще их мужья не были такими слабыми и бесхарактерными. Виной всему, жаловались дамы, "чрезмерное употребление этой новомодной отвратительной языческой жидкости под названием "кофе", которая лишает человеческую природу ее корня, высушивая его так, что даже самые крепкие из мужчин становятся неспособными к продолжению рода".

Мужчин упрекали в том, что они в кофейнях проводили времени больше, чем дома. Мэри Астелл в своем "Трактате в защиту слабого пола" говорила, что типичный завсегдатай кофейни "живет в кофейне, а домой приходит лишь переночевать. Он бежит от домашних забот, финансовых проблем и т. п., предпочитает постоянно вращаться среди людей, проводить время в праздных разговорах о политике и погоде, забывая, что у него есть обязанности перед семьей".

Мужчины пытались защищаться, оправдываясь тем, что в кофейнях они имеют шанс "наговориться вдоволь, ведь дома непрестанно трещит жена и не дает им вымолвить ни слова".
К 1700 г. в Лондоне было более двух тысяч кофеен. Самые первые из них появились еще во времена Английской республики. Тогда они представляли собой заведения, где, заплатив даме за стойкой 1 пенни за вход, любой мало-мальски прилично одетый человек мог, сидя за столиком, потягивать свой кофе за полпенни и с наслаждением курить глиняную трубку. Единственным условием было вести себя по-джентльменски — не сквернословить и не драться. За дополнительную символическую плату можно было расположиться около камина и часами читать газеты; просматривать корреспонденцию; встречаться с друзьями и деловыми партнерами и беседовать обо всем, начиная с политики и заканчивая новейшими научными достижениями. Том Браун описывал типичную кофейню как "место, куда странствующий рыцарь приходит, чтобы, заняв свой любимый столик, завести непринужденную беседу с абсолютно незнакомым человеком и общаться так, будто они знакомы всю жизнь. В ожидании заказа посетители озирались по сторонам, выбирая собеседника. А после глотка-другого черного как сажа напитка, принесенного официантом, у них развязывались языки и они начинали без умолку болтать с намеченной ранее жертвой обо всем, кроме того, о чем действительно стоило поговорить". Каждая кофейня имела определенный круг постоянных клиентов, которых обычно объединяли общие интересы, род занятий. "Одни кофейни стали местом встречи интеллектуалов и остряков, другие — щеголей или политиканов, в третьих собирались профессиональные сплетники. Немало было и таких заведений, которые можно назвать "храмами Венеры". "Их легко узнать по вывеске, на которой изображена женская рука с кофейником", — писал Сезарде Соссюр. Особенно много таких заведений он обнаружил в Ко вент-Гарде н, "где посетителей обслуживала красивая, опрятная, изысканно одетая и приветливая, но очень опасная нимфа".

Литераторы и остряки встречались "У Уилла" на углу Боу-стрит и Рассел-стрит в Ковент-Гарден — одном из наиболее престижных районов, где царил разврат. Кафе прославилось тем, что известный поэт Джон Драйден частенько сиживал там на своем любимом стуле у камина, если дело было зимой, или на балконе, если стояло лето. В это заведение мог прийти даже какой-нибудь начинающий писатель, но, скорее всего, он чувствовал себя не в своей тарелке среди такого количества знаменитостей. Неда Уорда развеселила картина, которую он застал в этом месте: "Там было многолюдно, но тихо. Все молчали, видимо, надеясь таким образом сойти за умных людей".

После смерти Драйдена в 1700 г. интерес к его кафе стал резко падать, и в конечном счете первенство захватило заведение "У Баттона". Местом встречи ученых аристократов, вроде Исаака Ньютона, астронома Эдмунда Галлея или коллекционера Ханса Сло- уна стало заведение "Грек", находившееся напротив Дома правосудия.

Томас Таунинг, основатель чайной династии, открыл "Кофейню Тома", примыкавшую к его магазину недалеко от Странд. Политики тоже не сидели дома. Виги полюбили кофейню "Сент-Джеймс", а тори — "Кофейное дерево". Юристы пропадали в "Нандос" на Флит-стрит, духовенство — в "Чайдлз" рядом с собором Святого Павла. Кафе "Уайте" на Сент-Джеймс было раем для игроков. Молодые модники встречались в "Менз" рядом со Скотланд-Ярд. Кстати, это было единственное кафе, где не одобрялось курение. Посетители предпочитали вдыхать табак через нос. Конечно, табак этот был специальный — нюхательный, ставший тогда последним "писком моды".

Нед Уорд дает подробное описание: "Мы протиснулись через толпу к маленькому столику, сели и огляделись вокруг. Народу было очень много, но не слышно было разговоров, никто не пил ни кофе, ни какие- либо другие напитки. Все были заняты тем, что сосредоточенно набивали ноздри табаком, потом прочищали их, опять набивали, да еще то и дело поправляли кудельки на своих париках. От лязга непрестанно открывающихся и закрывающихся табакерок у меня голова пошла кругом. Там была еще одна комната, где, я полагаю, уединялись видные политические деятели в чрезвычайных ситуациях, чтобы предаться пустым разговорам, якобы решая вопросы государственной важности".
И вот в столь изысканном обществе Нед Уорд и его друг рискнули закурить свои трубки: "Обведя взглядом помещение, мы почувствовали себя, словно пара птичек Минервы среди стаи павлинов Юноны, и, заразившись их весельем, ужасно захотели закурить наши трубки. Но мы боялись, как бы табачный дым не оскорбил этих утонченных джентльменов, непрестанно тыкающихся носом в табакерку. И все же мы решились, обнаглев до такой степени, что даже попросили принести нам свечу, чтобы закурить. Заказ наш выполнили, хотя и с недовольным -видом, который красноречиво показывал, что от нас с удовольствием избавились бы. Но мы дымили невозмутимо, как будто не замечая реакции окружающих. Несколько джентльменов, сидящих возле нас, брезгливо сморщились. Оставив недовольные гримасы без внимания, мы продолжали курить, пока не разогнали всех, кто сидел неподалеку". 

Бизнесмены были всегда в определенное время в одной и той же кофейне Сити, чтобы партнеры и клиенты знали, где их искать. Кофейни становились временными конторами будущих солидных предприятий.

Предлагаем Вашему вниманию Туры в Англию.

С 1690 г. начинает зарождаться биржа. Еще никогда доселе не было куплено и продано столько акций. Лондонский статистик Эдуард Хэттон описал эту финансовую игру в ходе торговых сделок так: "Владелец капитала обходит кофейни, в которых собираются маклеры, с целью выяснить котировки акций. От этого зависит, сколько акций маклеру на этот раз можно купить или продать и по какой цене. Следующая задача — выяснить намерения тех людей, которые обладают капиталом и могут купить акции. И только потом совершается сделка".

В 1697 г. группа маклеров была отлучена от Королевской биржи. Дело в том, что их уличили в каких-то махинациях с целью получения собственной выгоды, а это считалось большим позором. Даниелю Дефо с самого начала не нравился этот "узаконенный грабеж": "...это настоящее искусство обманывать людей. Все эти сделки — сплошное мошенничество, ложь, хитрость, жульничество, прикрытое лестью и лицемерным заискиванием. Плутоватые дельцы научились блестяще вводить людей в заблуждение, то навевая мнимые страхи, то вселяя бессмысленные надежды и пустые ожидания и играя на слабостях тех, кто поддался на их хитрости".

Постепенно биржевые маклеры-облюбовали кофейни "Джонатанз" и "Гаррауэй" на Эксчейндж-Эллей в Корнхилле, где и заключали свои многочисленные сделки. По этому поводу Дефо язвительно заметил, "что Эксчейндж-Эллей также небезопасна для общества, как склад боеприпасов в центре многолюдного города". Вскоре жители и особенно владельцы магазинов стали жаловаться на то, "что толпа маклеров, стоящих на улице дни напролет, не только заграждает вход Королевской биржи, но еще и привлекает кучу воров и других бездельников и негодяев, которым эта шумная толпа служит прекрасным прикрытием". 

Отдельные представители лондонских финансовых кругов вынуждены были, наконец, объединиться для совместного ведения дел. Дельцы, чей бизнес так или иначе был связан с флотом, выбрали местом своих встреч кофейню Эдварда Ллойда на углу Абчерн-лейн и Ломбард-стрит. Хотя формальная сторона сделок, связанная с бумажной волокитой, имела место на бирже, все предварительные мероприятия совершались у Ллойда. Эдвард Ллойд сначала стал выпускать рукописные "Корабельные списки", позднее превратившиеся в "Новости Ллойда", а потом и в "Списки Ллойда" (сейчас "Регистр Ллойда"); затем он стал проводить в своем заведении аукционы кораблей и грузов. Эту практику впоследствии переняли и другие кофейни. "Лондон газетт" от 16—19 октября 1699 г. информировала: "Во вторник 17-го числа пополудни в кофейне "Морская", что на Абчерн-лейн, на продажу будет выставлено судно "Карл II" водоизмещением в 750 тонн, которое стоит в доке мистера Уэлла возле Детфорд. Подробности можно узнать на судне или в кофейне "У Ллойда" на Ломбард-стрит".

Аукционы, на которые выставлялись всевозможные товары, проходили, как тогда выражались, "при свече", т. е. пока горела свеча. Газета "Постмэн" от 15— 18 января 1700 г. сообщала: "Завтра, 10 апреля, в 3 часа дня, в кофейне "У Ллойда", что на Ломбард-стрит, состоится аукцион при свече, где на продажу будет выставлен новый гарнитур с серебряной отделкой под инкрустированный орнамент".

Такие аукционы в кофейнях были очень популярны и удобны. Гость из Швейцарии Захарий Конрад фон Уффенбах особенно заинтересовался покупкой книг на английском языке, которые было нелегко достать за границей. "Вечером мы приехали в Латинскую кофейню, что рядом с собором Святого Павла, чтобы принять участие в книжном аукционе. Это очень удобно. Ты сидишь, спокойно пьешь кофе или чай, куришь трубку и, если тебе вдруг понравилась та или иная книга, можешь поучаствовать в торгах. Мне удалось купить две отличные книги, и они обошлись мне гораздо дешевле, чем в магазине".

Информацию об очередных предстоящих торгах доводили теперь новым, изобретенным в 1680 г. неким мистером Докра, почтовым способом, специально приспособленным к условиям развивающегося города. Новая услуга, стоившая всего 1 пенни, вызвала всеобщий восторг. Гай Мьеж восхвалял ее: "Все, от джентльмена до деревенского простака, могут теперь известить о своем прибытии в город. Владельцы магазинов и торговцы получили возможность посылать распоряжения своим работникам, даже если они далеко. Безналичные расчеты любой важности осуществляются теперь гораздо легче: вам нужно лишь послать счет. Стало возможным переправить приглашения и билеты в самые отдаленные районы. Пивовару не нужно ехать к акцизному чиновнику лично, а можно просто отослать нужную документацию. Переписываются адвокаты и подзащитные, врачи и пациенты, и т. д. и т. п., и даже несчастные заключенные могут позволить себе почтовую услугу всего за 1 пенни".

Выглядело это так. Отправитель вручал свое письмо или посылку курьеру, заплатив 1 пенни. Каждый курьер имел свою территорию, протяженностью не более 15 миль, и определенные часы работы. Так, живя в Вестминстере и Лондоне, вы могли послать корреспонденцию каждый час, в Саутуорке — каждые 2 часа, в пригородах Лондона — дважды в день. Далее курьер относил послания в особые конторы, расположенные в Тауэр-хилл, Чаринг-кросс, Чансери-лейн, Патер- ностер-роуд и др., где их сортировали. А уже оттуда корреспонденция попадала к адресату, который тоже платил 1 пенни за доставку.

Для мужчин кофейни были главным местом, где они могли обсудить новости и подискутировать. Карл II попытался было запретить их, как места сбора заговорщиков и подстрекателей, но революция провозгласила свободу слова.

К 1700 г. в Лондоне выходило несколько газет, включая "Лондон Газетт", "Постмэн", "Постбой" и "Флайнингпост", которые печатались три раза в неделю и доставлялись преимущественно в кофейни. Тираж самой крупной из них, "Лондон Газетт", вырос с 7 тысяч в 1693 до 11 тысяч в 1705 г. Первая ежедневная газета "Дейли Курант" появилась в 1702 г. Посыльные разносили также по кофейням различные экстренные сообщения. С появлением газет наблюдается и рост грамотности, которая была в столице уже и без того высокой. Иностранцы поражались смелости и горячности лондонцев. Сезар де Соссюр писал: "Что более всего притягивает людей в эти кофейни, так это газеты и другие информационные издания. Англичане - это нация сплетников. Рабочие привычно начинают свой день с того, что идут в любимую кофейню почитать свежую газетку, чтобы было о чем поговорить. И что это бывают за разговоры! Нет на свете ничего более увлекательного, чем слушать, как лондонский чистильщик сапог обсуждает со своим коллегой политические проблемы или жизнь королевского семейства. Англичанина, кажется, гораздо больше заботит заключение очередного мирного договора, чем его личная жизнь".

________________________________________________________________________


________________________________________________________________________

Материалы по теме:

  • Пивные таверны Лондона
  • Бодрящие английские напитки: чай и кофе
  • Исторические забавы лондонцев
  • История клубов и пабов Лондона
  • Диккенсовский Лондон
  • ________________________________________________________________________

    Оцените данный материал:

       Оценка: 5/10. Голосов: 1
    ________________________________________________________________________

    экскурсии в лондоне ________________________________________________________________________

    У нас самые интересные группы в социальных сетях. Присоединяйтесь!

    ________________________________________________________________________