Рабочий район Сити / Часть 1

тур в лондон
Рабочий район Сити / Часть 1Темза, словно коридор, соединяла Англию с колониями.


Первый же удар колокола лондонской церкви Сент-Мэри-ле-Боу заставил 14-летнего Джона Когза вскочить из-за прилавка. Было уже 9 часов, время закрывать магазин. Яркий свет уличного фонаря осветил лежащую около юноши Библию. По всему Сити разливалось эхо колокольного перезвона.

Хозяин магазина Джон Стивен уже улизнул в таверну, расположенную по соседству, чтобы хлопнуть пинту вина с дружками — торговцами канцелярскими принадлежностями, печатниками, букинистами. Покончив со своими делами, Когз удалился в недра магазина, хранящие горы бумаги, записных и расчетных книжек, ручек, чернил, сургуча и всего того, чем торговал его хозяин. Там он мог провести целый вечер, ломая голову над очередной арифметической проблемой вроде "что такое 2 процента комиссионных"?

Месяц назад отец отдал его в ученики мистеру Стивену, заплатив 250 фунтов стерлингов. Теперь в течение 7 лет "второй отец" будет воспитывать и учить Джона ремеслу, а сам он, будучи теперь частью семьи Стивена, или, лучше сказать, хозяйства, должен проявлять ответственность и усердие. А если вдруг дела пойдут не так гладко, как хотелось бы, камергер лондонского Сити, ответственный за всех подмастерьев, поможет разрешить любую проблему. Он даже присутствовал при заключении договора между учеником и хозяином, которое проходило в ратуше. По истечении срока обучения Джона примут в Издательскую компанию либо в качестве мастера, имеющего право брать учеников, либо под чье-нибудь начало. За работу он будет ежедневно получать определенную плату. Когда ему исполнится 24 года, он станет свободным гражданином лондонского Сити, получит право голосовать и даже выставлять свою кандидатуру на пост лорд-мэра.

Предлагаем Вам ознакомиться с Экскурсиями по Лондону.

Многим родителям стоило больших трудов собрать сумму, необходимую для того, чтобы обеспечить своему сыну обучение ремеслу. Именно система ученичества влияла на ситуацию на рынке труда, служа гарантией того, что рабочих не будет ни слишком много, ни слишком мало. Для младших сыновей дворян, не получивших образования, овладение ремеслом было единственной возможностью обеспечить будущее. Положение сыновей дворян, приступающих к торговой деятельности, не было унизительным, хотя им, конечно, предстояло усвоить систему ценностей, отличную от той, что действовала в мире буржуа — класса, живущего за счет чужого труда. Большое число желающих пойти в ученики обусловило высокие цены, которые запрашивали мастера. Принцип иерархии, существующий в обществе, был перенесен и на систему ученичества. Даниель Дефо в "Размышлениях о великом законе субординации" писал: "Стало правилом платить 1000 фунтов стерлингов, если отдаешь сына турецкому купцу, 400—600 фунтов стерлингов — любому другому купцу, 200—300 фунтов стерлингов запросит с вас владелец магазина или оптовый торговец, особенно это касается суконщиков, и т. п."

Взяв себе ученика, хозяин был обязан его содержать. Мальчик поселялся в доме своего мастера, одевался и питался за его счет. В соответствии с действовавшими в Сити правилами подмастерье мог носить только одеж- " ду, купленную его хозяином.

Нежно любящая мать Джона Когза абсолютно игнорировала это установление. Она совала сыну деньги на карманные расходы и покупала ему одежду. Мальчику приходилось, исполняя поручения хозяина, бегать по улицам. А значит, на первые месяцы обучения ему необходимо было иметь как минимум шесть пар новых туфель по 4 шиллинга каждая, плюс оплачивать ремонт, обходившийся в 1 шиллинг 4 пенса. Сам Джон ни за что не потянул бы такие расходы, ведь, как писал Генри Миссон: "Подмастерье — это своего рода раб, который должен ходить с непокрытой головой в присутствии хозяина, который не может жениться или иметь какие-то личные дела. Ведь его доход присваивает хозяин".
С другой стороны, у хозяина были свои причины запрашивать с ученика такие суммы. Ведь подмастерья, как и слуги, славились своей наглостью. "Сначала они чистят мастеру сапоги, таскают для него с улицы воду, прислуживают за столоМ", сопровождают его в церковь, нёся Библию или молитвенник. А потом их не заставишь отодвинуть засов на двери, а тем более подмести в магазине пол", — писал Дефо. "Они нагло заявляют, что за такие деньги не собираются быть рабами и подчиняться хозяину. Отныне они не хотят, чтобы в их дела вмешивались, и приходят домой позже хозяина, да еще в нетрезвом виде".

Кто-то, возможно, может предположить, что отец Джона Когза сделал все, чтобы отдать сына в хорошие руки. Однако этот случай будет скорее исключением. А правилом стали бесчисленные разрывы договоров хозяев с их учениками. Из записей Уголовного суда 1700 г.: "Джеймса Смита отдали в ученики Джону Харту за 250 фунтов стерлингов. Харт вскоре стал жаловаться на то, что Джеймс был ленивым учеником, небрежно исполнял обязанности, якшался с женщинами легкого поведения, выпивал, проигрывал в карты значительные суммы, неподобающе одевался, тратя на наряды слишком много". Харт подозревал, что Смит жульничал и воровал у него. Он жаловался отцу Смита, который надеялся, что сын остепенится. Харт советовал отдать мальчика в моряки. Было ясно, что надо освободить мастера от его обязанностей, а суд должен был решить, сколько денег из внесенной отцом Джеймса суммы Джон Харт должен будет вернуть.

Случай с Самуэлем Пирсом, описанный Полем Лоррейном, наглядно показывает, как столь многообещающее начало закончилось провалом. Юноша приехал в Лондон из Глостершира, "в его обязанности входило помогать кондитеру на Шир-Лейн". Его мастер был "хорошим богобоязненным человеком, учил его ремеслу, оберегал от дурного влияния, заставлял ходить в церковь и не давал ему бездельничать дома". Лет через пять Пирсу позволили съездить в деревню навестить друзей. По возвращении в город он стал неуправляемым, грубым, позволял себе такое, чего раньше не допускал... Связался с плохой компанией, спился, опустился и впал в другие пороки. Когда умер его хозяин, Пирс оставался еще год учеником; теперь он служил вдове покойного, "которую он все время обманывал, а она, добрая по натуре, все ему прощала". Вскоре после истечения срока его обучения Пирс "пал до того, что начал грабить дома и магазины".

Подмастерьям запрещалось общаться с женщинами или обзаводиться семьей. "Лондонский торговец" строго предупреждает учеников, которые не в состоянии устоять перед прекрасным полом: "Мужчина должен всегда помнить, что рискует здоровьем и погружает себя в море болезней, обнимая простолюдинку. Под угрозой оказывается и его нравственность. Их уловки и лесть — это силки, которые рано или поздно затянут в бездну греха, порока, болезней; а конец будет позорным".
Хозяев, конечно, волновали вспышки венерических заболеваний, хотя больше всего они боялись, что ученик начнет воровать у них, чтобы содержать любовницу или платить сводне.

Беременные служанки или вступившие в брак подмастерья увольнялись. Из судебных записей от 1702 г. мы узнаем о Саре Фифилд, уволенной хозяином, переплетчиком Самуэлем Херстом, за то, что "она дурная, развратная, ленивая и непослушная служанка, нагулявшая брюхо", и что "она стала обузой для своего хозяина".
Автор труда "Отцовский совет сыну, или Подмастерье в Лондоне" Калеб Тренчфилд предупреждает молодых людей "не связываться со служанками хозяина, у которых одна цель — выскочить замуж".

"Лондонский торговец" называет несвоевременный брак несчастьем: "Подмастерье становится по- настоящему несчастным, когда у него появляется жена: жениться нужно только тогда, когда уже твердо стоишь на ногах в этой жизни и можешь обеспечить семью".

Но и хозяева всех этих непутевых учеников были далеки от идеала, зачастую относясь халатно к своим обязанностям обучать ремеслу. В судебных архивах 1695 г. читаем: "Эдвард Грин был освобожден от своих ученических обязанностей перед Роджером Гатли, хирургом, т. к. было доказано, что последний вместо того чтобы обучать Эдварда ремеслу, принуждал его "быть канатоходцем и акробатом".

Джон Найт, подмастерье Джеймса Куфа, часовщика из округа Сент-Андрус-Холборн, подал прошение о расторжении договора со своим хозяином, ссылаясь на то, что "вышеозначенный Куф проживает в Солсбери-Корт, где скрывается от ареста за долги; что дела у него плохи, работы совсем нет, поэтому он не в состоянии содержать ученика, дать ему необходимое количество пищи и питья".

Элизабет Бэрнс жаловалась, что "ее хозяйка Мэри Коуп, швея, вместо того чтобы обучать ее мастерству, заставляет работать по дому".

________________________________________________________________________


________________________________________________________________________

Материалы по теме:

  • Рабочий район Сити / Часть 4
  • Рабочий район Сити / Часть 2
  • Гугеноты и другие чужестранцы / Часть 3
  • Рабочий район Сити / Часть 3
  • Мода и лондонские магазины 17 века / Часть 1
  • ________________________________________________________________________

    Оцените данный материал:

       Оценка: 5/10. Голосов: 1
    ________________________________________________________________________

    экскурсии в лондоне ________________________________________________________________________

    У нас самые интересные группы в социальных сетях. Присоединяйтесь!

    ________________________________________________________________________