Внутренняя политика при короле Давиде

Внутренняя политика при короле Давиде
Внутренняя политика при короле ДавидеВ некоторых других аспектах новая политика носила более мирный характер. Примером является основание королевской резиденции Эдинбурга в 1130 году. Здесь мы опять видим страсть короля Давида к взращиванию. До него Эдинбург был крепостью и немногим более, кроме, может быть, каких-то скромных поселений у ворот. С основанием резиденции сразу начал вырисовываться облик будущего города — в особенности в том, что касается двух заметных строений, которые все еще остаются таковыми, несмотря на полностью изменившееся окружение.

Оба эти строения являются культовыми сооружениями, что многое говорит о короле Давиде, однако они же свидетельствуют и о мирской практичности, поскольку даже тогда намечали общий контур старого города и расположение Хай-стрит или Королевской мили, спускавшейся по пологому восточному склону Замковой скалы.Примерно на полдороге по этому спуску стоял и стоит сейчас собор Святого Жиля. В эпоху Средневековья он оставался единственной приходской церковью города. Без сомнения, ее постройка началась вскоре после основания бурга и совершенно точно до первого письменного упоминания о ней в 1178 году. На сегодняшний день из всего здания первоначальной постройки сохранилась одна-единственная зубчатая капитель. С XII века до 1796 года сохранялся также широкий портал, представлявший собой северный вход в неф. Рисунки, сделанные до его уничтожения, показывают, что он был украшен теми же любимыми средневековыми мотивами, которые еще можно увидеть на сохранившихся до сих пор вратах церкви Святого Кутберта в Долмени, теперь находящейся в западном пригороде Эдинбурга. Характерный стиль местных камнерезов, во всей его нортумбрийской замысловатости, все еще процветал. Здесь они дали волю воображению.

Им нравилось вырезать маски, фантастических животных, орнаменты из переплетенных лент, рельефы воинов, знаки зодиака — и, ах да, агнцев божьих, просто чтобы продемонстрировать и то, насколько набожными они могли быть. За два века до Реформации собор Святого Жиля (кроме вышеупомянутого портала) был перестроен с тем, чтобы в большей степени соответствовать растущему значению города. Таким образом, кроме того, о чем мы уже рассказали, на сегодняшний день от той церкви, которая первоначально была воздвигнута на этом месте, не осталось ничего.В конце Королевской мили возвышалось аббатство Дома Святого Креста или, сокращенно, Святого Креста (в будущем Холируд). Оно было основано королем Давидом в 1128 году. Он отдал его монахам ордена августинцев, которые посвятили этот дом Истинному кресту, что в то время во всей Европе был популярным объектом поклонения. Близость аббатства к древнему королевскому замку и новой королевской резиденции с самого начала делала его весьма престижным. Вскоре там начали заседать церковные и национальные собрания. К концу века аббатство уже перестраивали в масштабах собора; таким образом, и от этого здания в его первоначальном виде не осталось ничего, кроме одного портала и найденного в результате раскопок плана церкви, что весьма скромно. Великолепное здание, заменившее эту церковь, также пострадало от времени, однако от него сохранился целый неф. «Работа зодчего здесь превосходна с эстетической точки зрения, — говорит авторитетный в этом вопросе источник. — Ее отличают высокие, элегантные пропорции и строгая чистота линий в соединении отдельных элементов».Архитектура настолько величественная была прежде неведома Шотландии; неудивительно, что это аббатство оказалось окружено легендами.

Одна из легенд точно указывает дату его основания или, по крайней мере, возникновения идеи о его основании — 14 сентября 1128 года. В тот день король Давид и его приближенные выехали из замка на охоту. Каким-то образом отстав от преследовавших зверя компаньонов, Давид оказался у подножия утесов Солсбери. Там на него напал обезумевший от погони огромный белый олень. Король выхватил меч и стал защищаться, однако безуспешно. Вдруг над ним появилось облако, подсвеченное солнцем, из этого облака показалась рука и передала Давиду сияющий крест. Король погрозил оленю крестом, тот убежал и впоследствии был убит. Пораженный король так и не понял, в чем был смысл видения, пока в ту же ночь ему во сне не явился святой Андрей. Святой велел королю построить монастырь на том месте, где ему спасли жизнь, и посвятить святому кресту.Как его ни называй, это было чудо, и важность послания была особо подчеркнута тем, кто именно его доставил. В конце концов, святой Андрей был одним из учеников Иисуса Христа. Хотя не вполне ясно, почему здесь, на краю света, чудо решил явить именно этот смуглый апостол со Средиземного моря, а не старый добрый местный святой вроде Кутберта или Освальда. Во всяком случае, культ святого Андрея в Шотландии начался именно во время короля Давида или чуть позже — вдохновленный не в последнюю очередь обретением реликвий, связанных с его именем.

Прежде они хранились в Константинополе, до того как ангел велел греческому монаху святому Регулу (или святому Рулу, согласно небрежному шотландскому произношению) перенести их «к краю земли». Монах отправился в путь и решил, что достиг края света, добравшись до Файфа. Кораблекрушение выбросило его на берег у пиктского поселения Килл Риминн, вскоре переименованного в Сент-Эндрюс в честь драгоценного груза, который святой Регул привез с собой.Король Давид начал с того, что завоевал благосклонность папы. Именно ради этого он проявлял такую щедрость к церкви (насколько бы он ни был набожен в действительности). Его преемник, король Яков I, глядя на могилу Давида в Дунфермлине, сожалел, как много королевских земель было отдано священникам, монахам и монахиням. По словам Якова, Давид «был для короны прискорбным благословением». Бедняги калди в его планах, однако, не фигурировали. Пришлые августинцы, похоже, попросту выставили их из их уединенного жилища на Инчкейте.Все это было весьма типично для Давида. Он ввозил в Шотландию из Англии и Европы новейшие монашеские ордена, которых в церкви воинствующей становилось все больше. Он даровал им места для постройки аббатств по всей Шотландии, со всеми прилегающими землями и привилегиями. Перечень его богоугодных дел, касающихся одного только Эдинбурга и земель непосредственно вокруг, долог. Кроме августинцев в монастыре Святого Креста в Шотландию также пришли цистерианцы, обосновавшиеся в аббатстве Ньюбэттл, и цистерианки, поселившиеся в Хаддингтоне, Северном Берике и Мануэле (рядом с Линлитгоу). Среди недавно основанных орденов крестоносцев король пожаловал тамплиерам место, названное в их честь Темплом, в Мидлотиане, а госпитальерам — обитель в Торфикене в Западном Лотиане.

Кармелиты получили один монастырь в Лаффнессе и другой в Южном Куинсферри, где сегодня все еще сохранилась их безыскусная церковь. Тринитарианцам отписали монастырь в Дунбаре, в колокольне которого теперь селятся голуби. Король ввозил в страну монашеские ордена так же, как и прежде феодальную аристократию, с тем, чтобы сделать Шотландию более современной, создав в ней новые институты, ради которых населявшие страну народы могли отбросить прежние пристрастия и приобрести новые — по доброй воле или по приказу. Ему приходилось править весьма решительно, поскольку, пока он собирал сокровища на небе, на земле его политика часто вызывала недовольство подданных.Например, королю Давиду хотелось, чтобы монахи в аббатстве Святого креста полностью владели своей землей, со всем ее движимым имуществом до последней мелочи. Так, он запрещал местным жителям Мидлотиана, как это, видимо, было прежде принято, резать торф или пасти скот на землях, пожалованных монастырю. Его волновали не столько мелкие кражи и покушения на монастырское имущество, сколько проблема сращения нового социального института со старой системой прав и взаимных ожиданий; в данном случае, при достижении своей цели, последние он попрал полностью. Коренное население не видело во всем этом пользы для себя, пусть в конечном счете оно и выиграло кое-что от культурного и экономического стимула, данного Шотландии монашескими орденами, часто посредством связей с соответствующими европейскими орденами. Цистерианцы могли следить за тем, что там происходило, поскольку им необходимо было посещать капитулы в Европе.

Это, возможно, помогло монахам Мелроуза, где король основал для них новое аббатство, развить активную торговлю шерстью с Англией и Фландрией. С другой стороны, это не помешало им ввязаться с долгую и ожесточенную распрю с местным населением Стоу, в холмах Мидлотиана, по поводу права на выпас. Простые крестьяне в тамошней церкви молились о помощи образу Девы Марии, который, как говорят, король Артур привез с собой из Иерусалима, а божьи люди, напротив, представали материалистичными и безжалостными. Таковы были трения, созданные новым порядком.Однако другая религиозная реформа принесла народу непосредственную пользу, а не просто была навязана сверху. Эта реформа состояла во введении системы приходов, вначале в южной части Шотландии; всего в стране их в конце концов появилось более тысячи. До того религиозные нужды народа удовлетворялись у бесчисленных алтарей, в часовенках, местах поселения отшельников и прочих мелких культовых сооружениях, посвященных множеству святых, большей частью кельтских. Теперь в каждом приходе должна была быть построена каменная церковь, здание — руками прихожан, алтарь — руками самого священника, которому предстояло служить в этой церкви. Некоторые из таких церквей вышли весьма величественными, как, например, перестроенная Давидом церковь аббатства Дунфермлин: ее неф и западный фасад все еще сохранились; это главные памятники романской архитектуры в Шотландии.

Среди строений того же стиля, расположенных в Лотиане, ближе всех к ней церковь Святого Кутберта в Долмени, хотя церковь Святого Бальдреда в Тинингэме также не могла в свое время сильно ей уступать. Большинство этих церквей сегодня сохранились лишь в виде фрагментов: в Бортфике, Даддингстоне, Галлене, Хаддингтоне, Киннейле, Кирклистоне, Аассуэйде, Апхолле. Однако подобные амбициозные строения сильно уступали в численности гораздо более скромным церквям, поднимавшимся по всей Шотландии, зачастую — просто коробкам за толстыми стенами из бутового камня, с маленькими окошками, а иногда и без колокольни. Их строгость, пусть и католическая по происхождению, сделала их вполне приемлемыми для пресвитерианцев четыре века спустя. Никакой другой социальный институт не послужил шотландскому народу столько, сколько приход и приходская церковь.

________________________________________________________________________


________________________________________________________________________

Материалы по теме:

  • Дворец Холируд - кровавая месть
  • Итоги прогрессивного правления короля Давида
  • Собор Святого Жиля и ратуша
  • Архитектура и экономика Эдинбурга XIV века
  • Собор святого Давида в Пембрукшире, Тинтернское аббатство
  • ________________________________________________________________________

    Оцените данный материал:

       Оценка: 5/10. Голосов: 1
    ________________________________________________________________________

    экскурсии в лондоне ________________________________________________________________________

    У нас самые интересные группы в социальных сетях. Присоединяйтесь!

    ________________________________________________________________________