Историческое влияние на шотландский характер: Часть 1

Историческое влияние на шотландский характер: Часть 1
Историческое влияние на шотландский характер: Часть 1Безопасность и независимость обеспечили также и свободное развитие культуры. Шотландцы, похоже, всегда были тем, чем остаются и сейчас — обществом мужчин-шовинистов, на этом этапе переходящим от жестоких варварских принципов к идеалам героизма. Однако, пусть и в самом первом приближении, они по крайней мере хоть как-то начали принимать в расчет противоположный пол.

В благородных кругах процветала куртуазная любовь, социальные и литературные конвенции идеализированной женской добродетели шли рука об руку с идеализированным мужским благородством. Все это звучит несколько слащаво, но прежние нравы были значительно хуже. Впоследствии из этого неожиданного источника на Британских островах, недавно подвергшихся вторжению норманнов, куртуазной культуре предстояло распространиться по всей Европе. Даже отважным рыцарям требовался отдых от завоеваний и кровопролития. Теперь они могли забыться в объятиях прекрасных дам.Что бы там ни было в реальной жизни, куртуазная любовь вдохновила появление литературы, которую обогатили в том числе тексты британского корпуса об Артуре, Тристане и других легендарных фигурах.

Тристан предположительно возник в доисторической устной традиции как герой поэмы, названной в его честь и записанной на старофранцузском во времена норманнского завоевания Томасом Британским. До нас она дошла только в отрывках. Об авторе ее не известно ничего, кроме того, что у него было много подражателей во Франции, Германии, Италии и Скандинавии, создавших одни из лучших образцов средневековой европейской литературы. В Шотландию, пусть и забытый ранее, Тристан вернулся совсем недавно. В 1921 году в Перте рабочие обнаружили старый колодец, в который столетия назад уронили средневековый футляр для зеркала, украшенный фигурками людей. Их звали Тристрем, Изулд и Марсий.Однако даже популярность Тристана едва ли может сравниться с огромной любовью, до сих пор питаемой к романам артуровского цикла. Один из них, «Роман о Фергусе», был создан в Шотландии. Написал его некий Гильом ле Клерк, также на старофранцузском. Ученые полагают, что это произведение было создано для развлечения двора сына короля Давида, Вильгельма Льва, Вильгельмом Мальвезеном, королевским писцом, который со временем стал епископом Глазго и Сент-Эндрюса. Поэма изощряется в похвалах жителям Галлоуэя, поэтому она могла быть предназначена для того, чтобы сделать приятное Алану Галлоуэйскому, одному из друзей короля; они могли слушать поэму в зале эдинбургского замка. При этом она ориентирована и на широкие массы и потому могла также быть написана для новых жителей города, иммигрантов, благодаря которым Эдинбург заговорил отчасти и по-французски.Во всяком случае, «Roman de Fergus» представляет собой первое популярное некельтское литературное произведение, созданное в Шотландии. Как и его аналог, поэма «Гододдин», он мало известен сегодня из-за экзотичности языка. Это произведение существует в двух списках, теперь хранящихся в Париже и Шантийи.

Опубликованное в 1841 году клубом Абботсфорд, оно вышло на старофранцузском, на котором и было написано, без перевода или комментария, поэтому в нем нелегко узнать произведение шотландской литературы. Оно не произвело на общественность значительного впечатления до волны академического интереса, поднявшейся в конце XX века. Тем не менее, это произведение все-таки принадлежит Шотландии.Фергус, в честь которого названа поэма — народный герой, простой бедняк, который становится рыцарем короля Артура. Рассказ о его приключениях и злоключениях многословен и сбивчив в ниспровержении куртуазных добродетелей, которые он с первого взгляда превозносит. Достается и дворянам, и крестьянам. Среди огромных достоинств этого текста стоит отметить его пародийность.В Фергусе начинает зарождаться известный всем тип шотландца; нетрудно перечислить персонажей в этом же роде из других произведений, созданных в Эдинбурге: Калеб Болдерстон из «Ламмермурской невесты» Вальтера Скотта (1819), Робин Рутвен из «Личных воспоминаний и исповеди оправданного грешника» Джеймса Хогга (1823) или Дэвид Балфур в «Похищенном» Роберта Луиса Стивенсона (1886).Поэма «Roman de Fergus» оказывается полезной и для историков. Ее сюжет забрасывает Фергуса из Галлоуэя на юго-западе Шотландии в замок Дунноттар на северо-востоке. По дороге главный герой оказывается в Эдинбурге.Tout Lodian a trespasse A un manoir est ostele C'on dist le Castel as Puceles... Par le matin dou castel s en ist Et vient a un port desour mer Que jou o'f molt apeler De plusieurs le Port la Roine. Illucques Lodian define Et Escoce est de 1'autre part; La mer ces deux terres depart.Он прошел прямо через Лотиан И остановился в замке, Называемом Замком Девственницы...

Утром он ушел из замка И подошел к порту на берегу моря, Который, как я слышал, Люди называют Куинсферри. Здесь кончается Лотиан,А на другой стороне уже начинается Шотландия;Эти две страны разделены морем.Поскольку во всех прочих случаях автора характеризует отменная точность в описании топографии, ему можно верить, когда он говорит, что в его время Лотиан и Эдинбург все еще не считались входящими в состав Шотландии, которая начиналась только у Форта. Прежняя граница Нортумбрии все еще продолжала пролегать в сознании людей. Однако вскоре название «Шотландия» стало ассоциироваться уже со всеми владениями королей скоттов. В итоге они выберут своей столицей Эдинбург.«Обрывистый город» (Роберт Луис Стивенсон)Двадцатого августа 1769 года философ Дэвид Юм написал экономисту Адаму Смиту, что после долгих лет, проведенных во Франции и Англии, он наконец вернулся домой, в Шотландию. По Парижу он всегда будет скучать, а вот по Лондону с его «варварами (бродящими) по берегам Темзы» — ничуть. Как бы то ни было, ему было суждено оставаться в Эдинбурге до конца своих дней. Он решил посвятить время тому, что без ложной скромности называл «своим выдающимся талантом кулинара». С восторгом принятый во Франции, он вообразил себя великим поваром — и не просто скрупулезно следовал примеру французов, имитируя их haute cuisine (высокую кухню), но поднимал знакомые шотландские блюда на небывалую высоту, применяя при их приготовлении приемы, которые он изучил в этой мекке гастрономии. Прекрасно зная, как готовятся блюда классические, он предпочитал облагораживать традиционные шотландские блюда и наводить на них лоск: «В том, что касается говядины с капустой (очаровательное блюдо!) и баранины со старым кларетом, со мной не сравнится никто. Я также варю такой бульон из головы барашка, что мистер Кейт вспоминал про него целых восемь дней, а герцог Нивернуа пожелал пойти в подмастерья к моей служанке, чтобы узнать, как его готовят». Приглашения на изысканные обеды у Юма, не имевшие себе равных в том, что касалось еды, вина и беседы, ценились в столице Шотландии как никакие другие.Юму тогда было пятьдесят пять.

________________________________________________________________________


________________________________________________________________________

Материалы по теме:

  • Английская оккупация Шотландии как результат противостояния Роберта и Эдуар ...
  • Исторические произведения о Британии и Шотландии
  • Разнообразие народов, формировавших Шотландию
  • Пьесы средневековой Шотландии
  • Становление Эдинбурга как столицы Шотландии
  • ________________________________________________________________________

    Оцените данный материал:

       Оценка: 5/10. Голосов: 1
    ________________________________________________________________________

    экскурсии в лондоне ________________________________________________________________________

    У нас самые интересные группы в социальных сетях. Присоединяйтесь!

    ________________________________________________________________________