Культурное развитие Эдинбурга в эпоху реформации

Культурное развитие Эдинбурга в эпоху реформации
Культурное развитие Эдинбурга в эпоху реформацииЕсли эти историки и уделяли какое-то внимание культурному развитию Эдинбурга в эпоху Реставрации, то связывали его с пришествием в 1679 году будущего короля Якова VII и II, тогда известного в Англии как герцог Йоркский, а в Шотландии как герцог Олбени (здесь и далее мы будем называть его последним титулом). Олбени был новообращенным католиком, которого услали в Эдинбург из Лондона с глаз долой, чтобы разрядить обстановку, нагнетаемую противниками его восшествия на престол. Он прибыл в Эдинбург в середине зимы, вместе с семьей. Все они были сильно простужены из-за долгой дороги по снегу. Городской совет пригласил герцога на прием, который прошел весьма весело, поскольку тем вечером было разбито 36 стеклянных блюд, 16 стеклянных тарелок и 12 бокалов; возможно, именно таким образом герцогиня Мария Моденская узнала, какое количество алкоголя могут употребить шотландцы, и решила ввести в Эдинбурге моду на чай. Затем последовала встреча с Тайным советом. Олбени отказался принести присягу, поскольку в ней содержались декларации, направленные против католицизма. У Холируда он выслушал первую мессу более чем за сто лет.

В Эдинбурге Олбени вел себя как вице-король и возвратил утраченный было на десятилетия институт королевского покровительства. Историк эпохи Просвещения Уильям Тайтлер из Вудхаусли перед смертью в 1792 году вспоминал, как «наши отцы в прошлом веке говорили с восторгом о веселии и блеске двора в Холируде». И все же пребывание в Эдинбурге Олбени было столь кратковременным (пятнадцать месяцев, до весны 1681 года, с перерывами), что на его счет едва ли можно отнести культурное возрождение, начавшееся еще в 1660 году. Он мог придать этому процессу цельность и дать ему новый импульс, но это уже совсем другое дело. В душе Олбени был человеком, действовавшим из лучших побуждений, однако при этом он был также тугодумом — фигура малопригодная для того, чтобы разрешить проблемы Шотландии в отношении культуры или чего бы то ни было еще. Однако его покровительство и как монарха, и как человека придало сил уже существовавшим направлениям развития.

Возможно, наиболее непосредственное влияние Олбени оказал на развитие шотландской драмы, занимавшей до того среди прочих искусств незаметное положение и боровшейся за существование с самой Реформации. Драйден упоминает об удручающей фазе развития политических событий того периода, во время которой английские актеры считали, что в Эдинбурге они будут в большей безопасности:

Раздоры и заговоры, омрачившие наш век,

Точно так же погубили и театр...

Наши собратья перебрались с Темзы к Твиду,

И добрейшие из наших сестер

Отправились в Эдинбург — пешком, на каретах

или телегах.

Там в голубых шотландских шапочках они играют

вечера напролет

За шотландские полкроны — три пенса

на английские деньги.

Сам Олбени вспоминал театральные представления в письмах своей племяннице, графине Личфилд. Он жаловался на «совершенно зимнюю погоду», такую, что даже в погожие дни приходится довольствоваться «игрой в гольф — охота здесь плоха... Иногда мы ходим на представления... Я иду туда и сегодня, поэтому не имею времени продолжать». Снова: «Мы здесь проводим время не так плохо, как считаете вы там, в Англии, поскольку у нас есть театр... и приятное общество... Моя дочь играла в прошлый четверг в своей пьесе в третий и последний раз». Актриса, о которой он говорит с отцовской гордостью, вероятно, появлялась на сцене в пьесе Натаниэля Ли «Митридат, царь Понтийский» (1678). 15 ноября 1680 года была сделана запись о представлении, «в котором леди Анна, дочь герцога, и ее фрейлины были единственными исполнителями». Леди Анна — будущая королева Анна — сохранила о шотландцах («странном народе») не слишком теплые воспоминания.

Наиболее заметный след пребывание Олбени в Эдинбурге оставило в галерее отделанной заново резиденции Холируд, где разместились написанные по заказу герцога голландским художником Якобом де Виттом портреты всех шотландских королей, начиная с Фергуса Мак Эрка (330 год до н. э.). Всего картин было более ста. Заказчик велел художнику «написать их похожими на оригиналы, которые ему предоставят». Яков VII занимает в этой галерее последнее место: действительно, ему суждено было стать последним законным наследником из династии Стюартов. Эта династия, столь долго правившая страной, была гордостью Шотландии, особенно потому, что это ставило ее на ступень выше Англии. Маккензи оглядывался на прошлое Шотландии и видел, что «мы все еще остаемся тем же самым народом и страной, но англичане уже не являются все теми же бриттами и представляют собой смесь потомков данов, саксов и французов». Именно в этом следует искать источник и опору национальной независимости: «Ни один историк не может утверждать, что мы когда-либо подчинялись какому-либо другому народу, за исключением того, который правит нами сейчас, в то время как англичане и французы (как снисходительно скажем мы) были покорены чужестранцами, а их королевские семьи были свергнуты». Наглядные доказательства этого утверждения были продемонстрированы Де Виттом.

________________________________________________________________________


________________________________________________________________________

Материалы по теме:

  • Герцог Олбени и его реформы
  • Становление Эдинбурга как столицы Шотландии
  • Зарождение класса эдинбургских юристов
  • Дворец Холируд - кровавая месть
  • Формирование нового гражданского общества реформированной Шотландии
  • ________________________________________________________________________

    Оцените данный материал:

       Оценка: 5/10. Голосов: 1
    ________________________________________________________________________

    экскурсии в лондоне ________________________________________________________________________

    У нас самые интересные группы в социальных сетях. Присоединяйтесь!

    ________________________________________________________________________