Нравы средневекового Эдинбурга

Нравы средневекового Эдинбурга
Нравы средневекового ЭдинбургаЗакончив чистку университета, Рул возглавил его сам. Своего сына, на тот момент еще студента, он делал профессором древнееврейского языка. Революционное правительство выделило деньги на создание новых кафедр богословия и стипендии для студентов, чтобы превратить университет в пресвитерианскую семинарию. Чему пресвитериан не научили три десятилетия существования в подполье, так это терпимости. Генеральная ассамблея, собравшаяся в 1694 году в Эдинбурге, перечисляла грехи, которые встречала повсеместно: «Ежечасно Бога бесчестят неверием и богохульствами, которые процветают... в виде богохульного и праздного сквернословия, в несоблюдении Божьих дней, небрежении и презрении к религиозным упражнениям, распутстве, супружеских изменах, пьянстве, богохульстве и других мерзких и отвратительных грехах и пороках». Приходские священники должны были «грозить Божьим судом подобным злодеям, с тем, чтобы привести их к убеждению об их греховности», в то время как церковные сессии должны «применять дисциплинарные меры в отношении тех, кто вершит все эти возмутительные преступления». Священникам и пресвитерам следовало посещать все дома и проверять, прилежно ли там молятся и наставляют ли детей. Генеральная ассамблея будет неусыпно с оружием в руках стоять на страже морали поколения, усиленного благодаря постам и способного таким образом предотвратить «сугубое недовольство и справедливое негодование Господа».

Столица представлялась особенно порочной. Что замышляли эти пышногрудые девушки, когда гуляли туда- сюда, «будто бы продавая лимоны и апельсины», совсем как Нелл Гвинн в Лондоне? Имелось в виду, что они также «в городе становятся продажными женщинами и воровками». Любая женщина, живущая сама по себе, была объектом подозрений из-за «многочисленных безнравственных поступков и злоупотреблений, которые совершаются одинокими незамужними женщинами, содержащими покои, лавки и погреба». По словам преподобного Джеймса Уэбстера, одного из новых священников, вездесущее дерьмо весьма наглядно символизировало состояние города в целом: «О больших городах в отношении духовного можно сказать то же самое, что и в отношении плотского — воздух в них дурен. Улицы Эдинбурга не так грязны, как сердца его жителей, каждый из которых развращает другого».

В отношении морали столица, казалось, направляется обратно в 1560 год, с тем отличием, что церковные сессии теперь уже не могли разжечь в пастве прежний пыл. Вместо этого самопровозглашенное Общество содействия реформации нравов, собиравшееся ежемесячно в доме Джона Нокса, совало нос во все дела, ставя людям в вину даже простительные грехи, от сквернословия до драчливости. Члены этого общества желали, чтобы отряд констеблей, едва пробьет десять вечера, обходил бы таверны и велел их хозяевам перестать подавать еду и выпивку; это время оставалось по традиции принятым властями вплоть до 1976 года. Даже после этого часа в «дурных и подозрительных домах» или частных апартаментах могли выпивать; констеблям следовало пресекать неподобающее поведение, по крайней мере в воскресенье. И все же весь этот фанатизм, как обычно, растрачивался по пустякам. Среди привлеченных к ответственности был фермер, обвинявшийся в том, что позволил своей семье и прислуге прервать священный отдых Божьего дня и «внести большие бидоны молока в Эдинбург». Жена фермера бросилась на защиту, немного некстати возразив, что «молоко было в маленьких бидонах».

Что до дела двадцатилетнего Томаса Эйкенхеда, студента-медика, повешенного в 1697 году за богохульство, все было гораздо печальнее. Власти приказали провести в книжных лавках обыск с целью обнаружения книг, признанных «атеистическими, ложными, или нечестивыми, или порочными», например, принадлежащих перу Рене Декарта, Томаса Гоббса и Баруха Спинозы. За открытые заявления, содержащие идеи, почерпнутые из этих книг, Эйкенхеда судили согласно двум действовавшим тогда актам о богохульстве. Один из них, принятый в 1661 году в Лондоне, требовал смертной казни; второй, от 1695 года, предписывал наказания различной степени тяжести, от тюремного заключения и покаяния во власянице за первое правонарушение до дополнительного штрафа за второе и смерти только за третье. Ранее юноша ни в чем подобном не обвинялся; тем не менее, ему вынесли смертный приговор. Он просил о помиловании по причине «прискорбных обстоятельств [он был сирота] и нежного возраста». Тайный совет соглашался помиловать его только при том условии, что церковь сочтет нужным вмешаться и защитить подсудимого. Генеральная ассамблея в тот момент заседала в Эдинбурге. Она потребовала «решительной казни» с тем, чтобы обуздать «неверие и богохульство, которыми так и кишит эта страна». Лишенного связей Эйкенхеда вздернули — последнего человека, казненного на Британских островах за богохульство.

________________________________________________________________________


________________________________________________________________________

Материалы по теме:

  • Становление Эдинбурга как столицы Шотландии
  • Принятие реформистами новых важных общественных законов
  • Религиозная жизнь в Эдинбурге в XVIII веке
  • Преследования ковенантеров в Шотландии
  • Последствия Реформации для женщин Эдинбурга
  • ________________________________________________________________________

    Оцените данный материал:

       Оценка: 5/10. Голосов: 1
    ________________________________________________________________________

    экскурсии в лондоне ________________________________________________________________________

    У нас самые интересные группы в социальных сетях. Присоединяйтесь!

    ________________________________________________________________________