Притоны и ночлежки: преступления на уровне Диккенса. Странная политика Лондона

Притоны и ночлежки: преступления на уровне Диккенса. Странная политика Лондона

Притоны и ночлежки: преступления на уровне Диккенса. Странная политика ЛондонаДругим фактором в удивительном смешении классов в Лондоне было существование ночлежных домов, огромных, утопающих в дыму трущоб, в которых процветало воровство, алкоголизм, азартные игры, проституция, антисанитария и болезни, сиротство, бедность - одним словом, все то, что Диккенс уловил и достаточно реалистично - историки с этим соглашаются - изложил в романе «Оливер Твист».

Обитатели таких притонов образца начала XIX в., которые окружали Лондон и куда полиция не решалась совать нос из страха быть забитыми до смерти подонками общества, должны были располагаться рядом с зажиточными и респектабельными кварталами или районами, где богатые люди отдавались своим удовольствиям и порокам, давая тем самым возможность поживиться за свой счет. Такой паразитирующий образ жизни исторически объясняет происхождение этих резких различий в социальном статусе соседствующих кварталов, и эти различия ощущаются и по сей день.

Мы предлагаем Вам самые интересные экскурсии по Лондону.

Викторианский дух социальных компаний, которые выражались в таких структурах, как Сообщество Терпимости, или Армия Спасения, нашел свое отражение на другой карте из «Истории Лондона в Картах», на которой пабы обозначены красными точками. «Это современная чума Лондона! Алая лихорадка!» - кричали реформисты. На территории Сохо пабов было настолько много, что эта зона стала одной большой красной массой. Вполне предсказуемым является тот факт, что пабов гораздо больше в бедных районах (1059 только в Уайтчапеле и Стэпни), нежели в зажиточных (в Мэйфере всего около 25 заведений), и ситуация не изменилась до сих пор. Складывается впечатление, что мы не смогли убежать от нашей социальной истории. И по сей день вы можете нарисовать карту преступности достаточно легко, придерживаясь карты пабов.

Ковент-Гарден тем не менее служит примером района, чей характер со временем здорово изменился. Когда он был построен в начале XVII в., этот район служил местом проживания для многих титулованных семей и был воплощением элегантности. Однако меньше чем за сто лет, благодаря постоянному переезду богатых людей западнее - подальше от лондонской грязи и поближе к чистому воздуху Кенсингтона, Ковент-Гарден превратился в центр проституции и алкоголизма.

Театральный бум, после того как в 1660 г. пуритан вышибли из эшелонов власти, означал, что когда-то очень красивая улица Drury Lane и ее окрестности становились все более захудалыми: ночами напролет здесь шатались подозрительные личности, в то время как превращение Ко- вент-Гардена в основной овощной и фруктовый рынок Лондона (прекрасно показанный в фильме Хичкока Frenzy) означало, что люди из более низких сословий толпами ходили по этим улицам. Те улицы, на которых когда-то элегантные кареты ожидали своих титулованных владельцев, превратились в арену знаменитых драк и поножовщины.

Тем не менее, в начале XX в. Королевская Опера была заново отреставрирована, тем самым возвращая в Ковент-Гарден так называемых великих и хороших людей, а рынок был перемещен за реку в район Найн-Элмз (Nine Elms). А прекрасные домики XVII в. были переделаны под магазины, питейные заведения и развлечения для отдыхающих со всего мира. И снова возвращаются карманники...

Лондонская политика наполнена эксцентрикой. Какая другая страна мира, при наличии трех кандидатов на очень важную должность мэра Лондона от трех официальных партий, отдала бы свои голоса за человека, не принадлежащего ни к одной партии и чей послужной список в плане управления Лондоном был, честно говоря, достаточно сомнителен? Разумеется, я имею в виду симпатичного, говорящего в нос новичка Кена Ливингстоуна, когда-то известного как «Красный Кен», чей ныне несуществующий и никем не оплакиваемый Совет Центрального Лондона, казалось бы, швырялся деньгами направо и налево и поддерживал мусульманско-иммигрантскую фундаменталистскую вооруженную республиканскую группу феминисток-лесбиянок и террористок (надеюсь, на меня не обидятся те, кто относится к одной из уважаемых категорий, перечисленных выше, но вы примерно понимаете, о чем я) просто ради того, чтобы позлить тогдашнего премьер-министра от партии тори миссис Тэтчер.

Обращаю ваше внимание, что остальные кандидаты на пост мэра - пост еще более бессмысленный, чем лорд мэр Лондона, кто-то, кто делает то, что нужно ему или ей самой, и почему-то считается традиционалистами «настоящим» мэром, - были «Доббо» Добсон, рабочая лошадка лейбористов, которого заставили баллотироваться, но было очевидно, что он жаждет этой должности примерно так же, как и дырки в голове; Стив «Жеребец» Норрис, сексуальный атлет из партии тори, который на полном серьезе призывал оставить в городе только общественный транспорт, хотя до этого он сам говорил, что никогда в жизни не зайдет в автобус или не спустится в метро из-за всех тех странных и неприятных людей, с которыми там постоянно сталкиваешься; и какая-то незапоминаюшаяся женщина-либерал, чье имя я постоянно забываю, которая тем не менее наверняка была самым здравомыслящим кандидатом (а еще индиец из Далвича с прекрасным чувством юмора, но о нем немного позже). И поверьте, эксцентричнее уже некуда.

Разумеется, лондонцы голосовали за Красного Кена в восьмидесятых в основном для того, чтобы довести Тэтчер до белого каления, и проголосовали за Нового Кена, прежде всего чтобы стереть улыбку с лица постоянно довольного премьер-министра Тони Блэра. Блэр неосторожно пророчил победу Доббо точно так же, как он уже это делал для лидеров новых ассамблей Уэльса и Шотландии, которые были изобретены примерно в то же время.

Точно так же как и тори, которые когда-то сказали, что Лондон может иметь какой угодно совет до тех пор, пока он состоит из консерваторов - именно поэтому пригороды тори, такие, как Бромли (Bromley) и Хэрроу (Harrow), были приняты в состав старого Совета графства Лондон, который какое-то время поработал, а затем распался, как это сделал и Совет Центрального Лондона в 2000 г. Новые лейбористы озвучили, что мэром Лондона может быть какой угодно лейборист до тех пор, пока он является сторонником Блэра.

Упрямые лондонцы отказались подчиняться как в первом, так и во втором случае, и я ими весьма за это горжусь. Это те же самые люди, или приблизительно три миллиона таких людей, которые до сих пор в своем почтовом адресе указывают Миддлэссекс, несмотря на то что это графство было официально упразднено более сорока лет назад. Таким людям нельзя приказывать, что им делать. Очаровательный Кен произнес, когда его избрали: «Как я уже говорил, когда меня перебили четырнадцать лет назад...» Вот таковой является весьма эксцентричная лондонская политика.

В то время как Лондон продолжает жить своей жизнью, кипя интересами, продвигая идеи, битком забитый самыми странными чудаками и эксцентриками, какие только встречаются в мире, старушка Темза несет свои воды и наши вчерашние дни в сторону моря - и так уже на протяжении двух тысяч лет. Какой же все-таки это город!

________________________________________________________________________


________________________________________________________________________

Материалы по теме:

  • Лондон при Тэтчер
  • Запущенность и элегантность в Лондоне: резкое разделение
  • Районы Лондона - Вест-энд / West End
  • Лондонские пабы и их странные особенности и истории: Часть 1
  • Эксцентричные лондонцы
  • ________________________________________________________________________

    Оцените данный материал:

       Оценка: 5/10. Голосов: 1
    ________________________________________________________________________

    экскурсии в лондоне ________________________________________________________________________

    У нас самые интересные группы в социальных сетях. Присоединяйтесь!

    ________________________________________________________________________