Тайны литературного Лондона

Тайны литературного Лондона

Тайны литературного ЛондонаОдна из писательниц, основавших жанр, впоследствии получивший название «готический», - англичанка Анна (Энн) Радклиф (1764-1822). В своем самом известном произведении «Удольфские тайны» она использует обширный арсенал устрашающих элементов: старинный зловещий замок в Апеннинах (для многих английских авторов Италия, в которой так мало пишут истории такого рода, представляет собой естественный театр для «хоррора»); таинственные звуки; скрип дверей; ниши, скрытые мрачной черной портьерой (и ужас, который переживаешь при взгляде на них); заброшенное крыло другого замка, чья владелица скончалась таинственной смертью; комната, где она умерла, с кроватью, до сих пор убранной погребальным сукном; юная девушка, бродящая по этим безлюдным местам, снедаемая необъяснимой тревогой...

Еще один классический пример - «Монах» Мэтью Грегори Льюиса (1775-1818).

Испанский монах Амбросио подвергается искушению дьявола, явившегося ему в обличье очаровательной Матильды и увлекшего за собой в бездну зла. Пока Амбросио ожидает верной смерти в тюрьме Инквизиции, дьявол является ему снова и обещает устроить побег в обмен на душу. Несчастный соглашается, но оказывается, что дьявол в очередной раз обманул его. В книге описываются магические обряды в склепах под монастырским кладбищем, встречи с призраками, оживающие трупы, каббалистические ритуалы, в которых принимает участие Вечный жид, пытки и смерти, включая смерть главного героя.

Избранная жертва - почти всегда молодая девушка. Ее слабость перед лицом нависших над ней опасностей захватывает и волнует читателя и усиливает элемент эротики - еще один почти непременный атрибут этих сюжетов. Если она девственница, то подвергается риску изнасилования, что придает повествованию дополнительную напряженность в силу причин, которые нет необходимости объяснять.

Работая над многочисленными сюжетами, подобными этому, HPL, о котором мы уже говорили, создал свой «бревиа- рий хоррора», насчитывающий почти шестьдесят сюжетных завязок: ненормальная жизнь в доме и аномальные связи между различными людьми; преждевременные похороны; ожидание надвигающегося ужаса; мертвец, диктующий свою волю живым; таинственное и неудержимое движение к фатальному разрушительному исходу; ненормальная жизнь портрета; перенос жизни от человека к портрету; раздвоение личности; разграбление могилы, во время которого обнаруживается, что покойник на самом деле еще жив; предок, вызванный из гробницы, превращается в преследующую живых сущность; призрак жертвы, выманивающий своего убийцу на смертельную встречу; обнаружение старинного предмета, что вскоре превращается в проклятие для неосторожного открывателя, и тому подобное.

Но настоящий рассказ в жанре «хоррор» состоит не только из физических элементов, сколь бы они ни были устрашающими. В сюжете должна присутствовать атмосфера страха, которую не объясняют ни неожиданные появления кого-то или, скорее, чего-то, ни мрачная обстановка, ни зловещие ночные стоны. Настоящий рассказ в жанре «хоррор» - тот, в котором обычные законы природы нарушены или не действуют или на смену им приходят неизвестные силы. Насыщенный подобными элементами, «хоррор» развивался на протяжении всего XIX столетия, приобретая некоторые четкие формы, актуальные и по сей день.

Я считаю «Поворот винта» Генри Джеймса шедевром среди подобных рассказов: здесь зловещие фигуры, преследующие двоих детей, можно было бы счесть лишь плодом слишком распаленной фантазии. Но Джеймс писал в 1898 году, а «Толкование снов» Зигмунда Фрейда (1900) уже не за горами.

В Англии XIX столетия подобная литература, как вам уже известно, получила название «готической». Как и в Германии, она пронизана различными мотивами, один из которых, романтический, - о преступнике, борющемся во имя высшей справедливости. Большая часть готической литературы все же вращалась вокруг темы несправедливости, будь то по злой воле некоего божества либо по злому умыслу человека. И эта тема будет одной из ключевых на протяжении всего XIX века, легших в основу некоторых социалистических идей и используемых в качестве «справедливого» обоснования террора. В литературе она не нова: вспомним историю Робина Гуда, разбойника, обирающего богатых, чтобы раздать их добро нуждающимся, или Жана Вальжана, главного героя «Отверженных», беглого каторжника, осужденного за то, что украл хлеб.

Благодаря богатству мотивов и разнообразию возможных вариаций, готический жанр является повествовательным инструментом, посредством которого в основу рассказа ложатся невозможное или воображаемое. Но именно эта гибкость превращает его и в средство выражения более сложных забот, чем чисто политические. В состоятельном обществе с передовой промышленностью постепенно зарождается червь сомнения. Возмутитель спокойствия - часто безумный ученый, безудержный исследователь, пытающийся сорвать запретный плод. Возникает образ человека-пленника собственного знания, одержимого научным поиском, подрывающим его духовное здоровье.

________________________________________________________________________


________________________________________________________________________

Материалы по теме:

  • Ужасы литературного Лондона
  • Послевоенная британская поэзия
  • Призрачный и зловещий Лондон - Часть 2
  • Сумрачный Лондон в литературе
  • Призрачный и зловещий Лондон - Часть 1
  • ________________________________________________________________________

    Оцените данный материал:

       Оценка: 5/10. Голосов: 1
    ________________________________________________________________________

    экскурсии в лондоне ________________________________________________________________________

    У нас самые интересные группы в социальных сетях. Присоединяйтесь!

    ________________________________________________________________________