Лондонский корабль-музей - Часть 2

Лондонский корабль-музей - Часть 2

Лондонский корабль-музей - Часть 2Всякое действие, как известно, имеет противодействие. Купцы, перевозившие товары, могли получить так называемую лицензию на репрессалию, разрешавшую возмещать убытки, понесенные по вине пиратов. Другими словами, держатель сей бумаги был уполномочен обворовывать тех, кем он в свое время был ограблен.

На подобных тонкостях и двусмысленных основах зиждился в те времена регламент, сегодня именуемый международным правом. Но в конце XVI века о нем и понятия не имели. Помимо действующих законов, отсутствовала сама идея военного флота, то есть комплекса вооруженных государством судов, с обученным экипажем, выполняющим задачи защиты или нападения. Исключение составляла Венеция, и в этом деле стоявшая в авангарде Европы.

Выдача полномочия на «войну преследования», по сути, означала возложение на частных лиц задач агрессии, лишь со временем ставших прерогативой государства. И действительно, английский термин, соответствующий каперу или каперскому (корсарскому) кораблю, - privateer. Как видим, на первое место выходит понятие частной собственности.

Уже сама по себе запутанная ситуация становилась и вовсе проблематичной, если представить, что суда, груженные товаром, завидев на горизонте незнакомый корабль, старались поднять флаг по ситуации, а не свой собственный, моля Бога, чтобы Всевышний подсказал принадлежность встречного судна. Изредка, правда, каперы уважительно пропускали суда, курсирующие под нейтральными флагами и уж тем более под флагами дружественных стран. Но чаще, заметив судно, похожее на торговое (а вдруг там золото или драгоценные камни?), каперы сразу шли на абордаж, превращаясь из каперов - в корсаров, или пиратов, то бишь в обыкновенных в морских грабителей.

Слово «буканир» имеет иное происхождение. Изначально его употребляли по отношению к беглецам-оборванцам, которые собирались в банды и промышляли охотой на диких коров и свиней на Антильских островах, в особенности на Эспаньоле (ныне Гаити). Эти охотники имели обыкновение готовить свою добычу на углях или на огне. Воисапег по- французски как раз и означает «коптить мясо», а Ьоисапёе - мясо, приготовленное на углях. Со временем термин обрел свои границы и начал относиться непосредственно к антиль- ским пиратам. (В своих жизнерадостных полуанархических общинах они использовали копчение для консервации припасов.) Таковы корни экзотического понятия «буканир».

История названия «флибустьер» намного проще, хотя и вызывает больше памятных образов и литературных ассоциаций. На фламандском наречии vrjbuiter - человек, собирающий трофеи, а по сути - мошенник и авантюрист. Флибустьеры стекались со всех концов Европы: из Гаскони, Фландрии, Нормандии, направляясь к своей главной цели - островку Тортуге в Карибском море. Там зародилось своеобразное общество, получившее название «береговое братство». Картина деяний флибустьеров, часто основанная на выдумке, дает пищу для наипопулярнейших эпопей и по сей день.

Великобритания обрела господство на морях в первую очередь благодаря всем этим людям. Естественно, у истоков стоит самый ловкий, самый смелый и удачливый из всех - Фрэнсис Дрейк.

Он родился около 1540 года в миле от Тавистока, в графстве Девоншир, недалеко от Плимута. Происхождение более чем скромное - из семьи крестьян, несмотря на то что отец Фрэнсиса, Эдмунд, тип взбалмошный и склонный к поножовщине, вероятно, был сельским священником и главой прихода. Сан, однако, не помешал ему настрогать около дюжины детей в нагрузку несчастной жене. В какой-то момент, то ли из-за охоты к перемене мест, то ли по зову службы, Эдмунд оставил дом и семью. Его старший сын Фрэнсис, чтобы не быть обузой, поступил пажом к богатому родственнику Хокинсу.

Мы располагаем довольно интересным описанием уже знаменитого Дрейка, принадлежащим перу испанца дона Франсиско де Зарате, капитана корабля:

«Английский генерал - племянник Джона Хокинса. Он же пять лет назад ограбил порт Номбре-ди-Диос. Зовут его Фрэнсис Дрейк (sic!). Это мужчина примерно тридцати пяти лет, низкого роста, со светлой бородой, и он же - самый великий моряк из когда-либо бороздивших моря в качестве матроса или капитана. Он командует четырехсоттонным галеоном великолепной маневренности. В экипаже числится около ста человек с огромным опытом мореплавателей... каждый из которых содержит собственную аркебузу в чистейшем состоянии. Капитан относится к подчиненным с большой привязанностью, а команда глубоко уважает его. Рядом с ним всегда находятся девять-десять джентльменов, кадетов из лучших семей Англии, составляющих его военный совет, созывающийся, однако, по любому поводу, в частности по незначительным причинам. Но, по правде говоря, он не считается ни с чьим мнением. Ему нравится быть в центре внимания и слушать их с прилежанием. Затем он командует, и прочие ему подчиняются».

То была эпоха, когда торговля, или, точнее сказать, эксплуатация новых колониальных территорий (ныне известных как Вест-Индия, или Западная Индия), бурно развивалась. Поскольку в части колонизации доминировала Испания, Англия (вместе с Голландией и Францией) включилась в борьбу.

Несмотря на то что в 1571 году Томас Грешем основал Лондонскую биржу, традиционным товаром острова оставалась шерсть. Ее экспортировали в необработанном виде и доводили до ума за рубежом.

Совсем другими были доходы Испании. Историк экономики Карло Чиполла взялся подсчитать «карманные деньги» конквистадоров. В течение XVI века Испания получила от колоний более 16 тысяч тонн серебра, в следующем столетии - 26 тысяч, в XVIII веке - более 39 тысяч. Это море серебра обеспечило всему Старому Свету колоссальную свободу и дало столь мощный импульс к развитию экономики, что, вероятно, теми годами стоит датировать рождение крупной межконтинентальной торговли.

Между 1519 и 1533 годами испанская колониальная империя достигла размеров, каких доселе не достигало ни одно государство в истории. Благодаря двум великим событиям: завоеванию Мексики Эрнаном Кортесом и разгрому империи инков под предводительством Франсиско Писарро.

Когда Писарро оккупировал город Куско, он приказал выкрасть из храма семьсот золотых пластин, в Боготе в слитки превратились искусно украшенные золотые врата другого храма. Став инженерами горной промышленности, испанцы начали разрабатывать (между 1545 и 1562 годами) некоторые богатейшие месторождения серебра.

Целые реки серебра и золота стекались в порты. Богатство грузилось на корабли и под надзором нескольких вооруженных галеонов отправлялось в Испанию. Но и к завоевываемым землям торговые судна не шли пустыми. Нам известно, к примеру, что в 1594 году купец Гаспар Гонсалес погрузил на свое судно ложки, канделябры, снасти, бритвы, кожи, ожерелья из стекла, ткани, рубашки, голландский холст, фландрские гобелены, тесьму, носовые платки, ковры, тафту, медные светильники и прочее.

Из колоний везли кошениль или индиго, лекарственные растения, вроде сассапарили, канафистоли и ликвидамбара (амбровое дерево), которое, как считалось, помогало против сифилиса и, естественно, было востребовано в Европе. К тому же на корабли грузили специи, сахар, табак, какао и, наконец, китайский шелк, импортируемый из Филиппин через Акапулько. Но самыми ценными товарами, разумеется, были благородные металлы, жемчуг и драгоценные камни.

________________________________________________________________________


________________________________________________________________________

Материалы по теме:

  • Фрэнсис Дрейк в Лондоне
  • Англо-испанские отношения
  • Английская корабельная история
  • Секреты английских мореплавателей
  • Секреты английских мореплавателей
  • ________________________________________________________________________

    Оцените данный материал:

       Оценка: 5/10. Голосов: 1
    ________________________________________________________________________

    экскурсии в лондоне ________________________________________________________________________

    У нас самые интересные группы в социальных сетях. Присоединяйтесь!

    ________________________________________________________________________