Британия в период Второй Мировой Войны

Британия в период Второй Мировой Войны

Британия в период Второй Мировой ВойныКак ни тяжело об этом говорить, почти будничной рутиной стали ночные инциденты, в том числе грабежи и убийства. По мнению писательницы Веры Бриттен, некоторые лондонцы в дни бомбардировок обрели шестое чувство, «что- то между осязанием и обонянием», но большинству это чувство не помогало. Однажды во мраке лондонской ночи было совершено разбойное нападение на восьмидесятидвухлетнего старика; убийцу поймали и предали суду, судья вынес ему обвинительный приговор, но при этом добавил: «Я убежден, что человек в таком возрасте, как пострадавший, не имел права находиться вне дома в столь поздний час». Подобный вердикт — это тоже примета военного времени.

С заката до зари улицы объезжали особые патрули на велосипедах, проверяя, не пробивается ли где свет из окон. Газеты писали, что мать, включившая ночью свет в детской комнате, а там, как назло, не было затемнения на окнах, была оштрафована на крупную сумму.

У нас, в Италии, также был строжайший режим светомаскировки. За ее соблюдением следили дружинники из отрядов противовоздушной обороны «Unpa», и у тех, кто пережил войну, до сих пор в ушах звучат раздававшиеся по ночам крики: «Свет на четвертом этаже!» Я помню, что автомобили передвигались, включая одну фару, да и то «фара» — это громко сказано, так как ее почти всю покрывали черным светонепроницаемым чехлом, оставляя лишь узкую щель для слабого лучика. Помню еще, что в витринах магазинов разрешалось оставлять зажженной лампочку мощностью до двадцати пяти свечей, при условии, что ее свет не попадал наружу.

Затемнение было малопопулярной мерой, предметом постоянного обсуждения в очередях. Каждый вечер окна надо было закрывать тяжелыми шторами, и если в маленькой квартирке это можно было сделать за считаные минуты, то в больших апартаментах приготовления занимали не меньше часа.

Однако требование затемнения практически не нарушалось ни у нас, в Риме, ни в Лондоне; более того, за его выполнением часто следили сами горожане. Правда, как отмечает в работе о Лондоне военного времени Филип Зиглер, в первые недели бомбардировок владельцы богатых домов с трудом приспосабливались к новым требованиям. Бдительности не терял никто. Над входом в бомбоубежище Бентал-Грин в Лондоне власти распорядились повесить тусклую лампочку — так ее в тот же вечер сняли жители района. Один швейцарский немец, проживавший в Кенсингтоне, был обвинен в том, что подает сигналы летчикам, поднимая к небу тлеющий конец своей сигары. Поймали его благодаря наблюдательности лондонских подростков. В другом районе патрульный, завидев свет в витрине магазина, повел себя как ковбой с Дикого Запада — достал пистолет и выстрелил в лампочку.

Кто-то задавался вопросом, не является ли серебристая лента Темзы в лунные ночи более чем достаточным ориентиром, равно как и железнодорожные семафоры, которые нельзя погасить. Скептики обращали внимание на то, что барьер из заградительных аэростатов вынуждал германские самолеты летать на высоте свыше пяти тысяч футов (примерно полтора километра) — разве с такой высоты можно засечь свет от лампочки в пятьдесят свечей? Но даже самые рьяные противники светомаскировки, еще раз повторю, подчинялись дисциплине.

Депутатам были розданы противогазы и указания, как в случае воздушной тревоги добраться до ближайших к парламенту бомбоубежищ.

В городе были сооружены десятки наземных убежищ: кирпичные стены, накрытые железобетонной плитой толщиной в пятнадцать сантиметров. Их с сарказмом называли «Morrison Sandwich» — сэндвичи Моррисона — из-за того, что взрывная волна порой разбивала кирпичи и тяжелая плита погребала под собой стоявших под ней лондонцев. Траншеи, накрытые сверху мешками с песком, были вырыты в Гайд-парке, в траншеях можно было прятаться.

На то, чтобы создать достаточное количество относительно безопасных убежищ, понадобилось несколько месяцев. В полумраке этих помещений чего только не происходило. В одном углу коллективно молились, в другом играли в азартные игры. Как и на улице, здесь иногда совершались преступления. Один из судей, рассматривавший дело об изнасиловании, высказался так: «Девушка, спускающаяся без родителей в бомбоубежище, сама напрашивается на неприятности».

В период с 7 сентября по 13 ноября 1940 года на Лондон было сброшено около тридцати тысяч бомб высокой мощности; парашютируемые мины и зажигательные бомбы никто даже не подсчитывал — настолько их было много. Каждую ночь над городом в среднем пролетало по сто пятьдесят — двести самолетов, несущих в своем чреве смертельный груз. Иногда бомбы сбрасывали на конкретную цель, иногда (и гораздо чаще) метали наугад, куда попадет, и это имело еще более устрашающий эффект: никто не чувствовал себя в безопасности, где бы ни находился его дом.

Девятого сентября состоялось два мощных налета: 200 бомбардировщиков в течение дня и 170 — ночью. В безоблачную лунную ночь с 14 на 15 октября Лондон бомбили 410 самолетов, за несколько часов было сброшено 540 тонн бомб. Погибли 400 человек, городу был нанесен значительный материальный ущерб.

После бомбардировок доков вспыхнули настолько мощные пожары, что возникли сомнения, удастся ли их вообще потушить. В складах хранилось полтора миллиона тонн древесины, которая была полностью уничтожена. Другой раз загорелись склады с десятками тонн парафина. Реки пылающего парафина потекли в Темзу, где парафин тотчас застывал, образуя полупрозрачную корку на поверхности воды. Жар был столь велик, что на бортах пожарного судна, находившегося на значительном расстоянии, расплавился лак.

В тот вечер в одном из театров Сити давали «Фауста» Гуно. Побывав вместе с Мефистофелем в преисподней, созданной воображением художника, зрители по окончании спектакля увидели ад настоящий, с языками пламени, достигавшими шестидесяти метров.

Утром 16 октября премьер-министр Уинстон Черчилль счел своим долгом навестить наиболее пострадавшие районы. Он шел пешком, со своей вечной сигарой в зубах, останавливаясь поговорить с добровольцами, разбирающими завалы. Как подтверждают источники, везде его встречали с большим энтузиазмом. Он и в самом деле был похож в эти минуты на ворчливого, но добродушного отца, который печется о своей семье.

Лондонцы с достоинством несли свое бремя, но люди есть люди, и реакция у всех бывает разная. При звуках воздушной тревоги кто-то спешил в убежище, а кто-то (возможно, бравируя своей смелостью) оставался на улице, подсчитывая самолеты. Сохранился рапорт водителя автобуса, в котором говорится, что на Трафальгарской площади при внезапном включении сирен две женщины так перепутались, что «испачкали салон, не в состоянии контролировать свои сфинктеры». Дети, оставшиеся в городе, в паузах между бомбежками играли в «англичан и немцев» или во что-то другое, как играют дети во всем мире, какие бы катаклизмы ни происходили.

Одни бомбоубежища содержались в чистоте, в других санузлы работали столь неудовлетворительно, что в них стояла невыносимая вонь. В некоторых было достаточно места, чтобы лечь, в другие набивалось столько народу, что приходилось стоять впритык друг к другу.

Само собой напрашивалось решение оборудовать под бомбоубежища станции метрополитена. Черчилль сразу же поддержал идею; кто-то ему доложил, что в зоне Элдвич, включая туннели, можно разместить 750 тысяч человек. Вопрос обсуждался в верхах до тех пор, пока 8 сентября громадная толпа, собравшаяся перед входом на станцию «Ливерпуль-стрит», не потребовала, чтобы ворота были открыты. Началась давка, для наведения порядка пришлось направить взвод солдат, но лондонцы добились своего, проникнув в метро.

Конечно, станции трудно было назвать комфортабельными убежищами. Люди устраивались на полу, кутаясь в одеяла, захваченные из дому. Метро между тем продолжало работать, что создавало дополнительные трудности. Однажды во время налета бомба разорвалась прямо над эскалатором станции «Трафальгар-сквер». Железобетон не выдержал, и на людей, находившихся внизу, посыпались камни; семеро погибли. Через два дня (вернее, через две ночи) еще более страшная трагедия произошла на станции «Бэлхэм»: бомба пробила дорожное полотно, вызвав прорыв водопровода. Шестьдесят четыре человека были сметены лавиной воды и грязи. Более ста человек погибли на «Бэнк-стейшн», отчасти из-за того, что взрывная волна смахнула людей под прибывавший именно в ту минуту поезд.

Утром 13 сентября первая бомба упала на Букингемский дворец; король и королева находились внутри и рисковали жизнью. В тот же день королевская чета посетила кварталы Ист-Сайда, серьезно пострадавшие от бомбардировок. Это укрепило в народе чувство, что вся страна, начиная с первых лиц государства, сражается плечом к плечу.

Если на первом этапе немецкие бомбы чаще сбрасывались на восточную часть города (особенно на портовую зону), то начиная с третьей недели Лондон стал единой мишенью. Бомбы попали в зоологический сад и Музей восковых фигур мадам Тюссо, пострадали Военное министерство, Вестминстерское аббатство, Тауэр, собор Святого Павла, Музей естественной истории. Здесь хочу рассказать об одном любопытном эпизоде. В Музее естественной истории проросли засушенные семена шелковой альбиции, уже полтора века спокойно лежавшие в шкафу, — при тушении пожара на них попала вода. Потрясенный увиденным, директор музея попробовал подвергнуть такой же обработке семена доисторических эпох, найденные в свое время в торфяниках Южной Маньчжурии. Удивительно, но они тоже проросли. Зиглер писал: «Это был невольный вклад Гитлера в музейные изыскания».

Более драматична история собора Святого Павла. В ночь на 12 сентября мощная бомба упала прямо перед входом, глубоко ушла в землю, но не взорвалась. Чтобы вытащить ее, пришлось копать длинный туннель, осторожно пробираясь через паутину канализационных и водопроводных труб.

Упала бомба и на библиотеку Британского музея; при взрыве были уничтожены двести пятьдесят тысяч томов.

________________________________________________________________________


________________________________________________________________________

Материалы по теме:

  • Бомбежки Лондона во время Второй Мировой Войны
  • Италия и Англия во Второй мировой войне - Часть 1
  • Вторая мировая и Лондон
  • Невероятные приключения в лондонском метро
  • Участие Англии во Второй мировой войне
  • ________________________________________________________________________

    Оцените данный материал:

       Оценка: 5/10. Голосов: 1
    ________________________________________________________________________

    экскурсии в лондоне ________________________________________________________________________

    У нас самые интересные группы в социальных сетях. Присоединяйтесь!

    ________________________________________________________________________