Вторая мировая и Лондон

Вторая мировая и Лондон

Вторая мировая и ЛондонМногие лондонцы, пережившие войну, с ужасом вспоминают 29 декабря 1940 года. До этого Лондон несколько дней не бомбили. Пауза (вероятно, в связи с Рождеством) разрядила напряжение, многие члены пожарных и санитарных бригад отправились по домам отдохнуть. Вдобавок ко всему уровень воды в Темзе в те дни был рекордно низким. Как вы уже поняли, очередной налет произошел за два дня до Нового года. Когда вспыхнули пожары, обнаружилось, что насосы не достигают воды, а пожарные корабли при передвижении рискуют сесть на мель. Бомбы вызвали почти полторы тысячи пожаров, превратив значительную часть города в огненную стену. Немецкие летчики писали в рапортах, что, пролетая в ту ночь над Руаном, на расстоянии трехсот с лишним километров от Лондона, они все еще видели всполохи пламени.

В ту ночь в собор Святого Павла попало двадцать восемь зажигательных бомб, он весь был посечен осколками, но стены великолепного творения Кристофера Рена выстояли.

Как ни странно, в городе работали рестораны. Многие из них предлагали гостям в случае объявления тревоги походную койку, чтобы те могли переждать бомбежку в «комфортных условиях». Ночью официанты быстро убирали столы, расставляли в зале раскладные кровати с безупречно чистым бельем, и — вот уж гротескная картина! — на них ложились представительного вида мужчины, расслабив узел на галстуке и развязав шнурки на ботинках. В отеле «Савой» большой банкетный зал в цокольном этаже был поделен надвое: в одном обедали, в другом спали.

Драматический эпизод связан с «Кафе де Пари», модным ночным клубом, никогда не пустовавшим. «Самый безопасный ресторан в городе, 20 футов под землей» — гласила реклама, придуманная владельцем заведения Мартином Пуль- сеном. Но летчики люфтваффе, вероятно, не знали об этом. Две бомбы угодили в крышу, проломив ее; погреб, где хранилось двадцать пять тысяч бутылок с шампанским, был полностью разрушен, но настоящая трагедия произошла в зале. Зеркальные стены а-ля «Титаник» разлетелись тысячами осколков, усугубив последствия взрыва. В тот вечер клуб был зарезервирован группой офицеров — что-то они там отмечали; было огромное количество жертв.

Нередко бомбардировки сопровождались мародерством; не избегло этой участи и «Кафе де Пари»: мародеры обчистили бумажники и даже поснимали кольца с пальцев погибших.

Вообще, мародерство было серьезной проблемой — настоящая головная боль для властей Лондона. Наряду с любителями поживиться действовали настоящие банды преступников, прибывавшие к разрушенным домам раньше карет «Скорой помощи». Бывало, что и сами рабочие, отвечавшие за разбор завалов, прибирали к рукам то, что удавалось найти. Кстати, аварийных зданий было так много, что власти приняли решение использовать динамит для их окончательного разрушения.

Несмотря на близость смерти, жизнь продолжалась; впрочем, так было не только в Лондоне. Мне рассказывал отец, что 19 июля 1943 года, когда союзники подвергли массированной бомбардировке квартал Сан-Лоренцо в Риме, жертвами которой стали три тысячи человек, кафе на виа Венето (эта улица находится на расстоянии не более двух километров от указанного квартала) работали как обычно, и вечером во многих театрах в соответствии с программой поднялся занавес. В Лондоне происходило то же самое. В день, когда в «Кафе де Пари» погибли люди, сто пятьдесят дебютанток, одетые в белое, вышли на первый свой бал в Гросвенор-Хаус. В день Рождества 1940 года, воспользовавшись временным затишьем, на центральные улицы высыпали толпы народа. Обозреватель «The Evening Standard» писал, что атмосфера на Оксфорд- стрит ничем не уступала предвоенной. Витрины, конечно, не блистали товарами, но то немногое, что было доступно в обстановке всеобщего дефицита, шло нарасхват.

В обычном режиме работали многие кинотеатры. Впрочем, не совсем в обычном. Администрация кинотеатров взяла за правило в случае воздушной тревоги развлекать зрителей. Кроме фильмов можно было посмотреть любительские спектакли и даже поучаствовать в них. Лондонцы, особенно те, кто помоложе, ожидая самого худшего с наступлением ночи, шли в кино, прихватив из дому подушки и одеяла. Наибольшей популярностью пользовались «Ребекка» и «Иностранный корреспондент», первые две картины, которые английский режиссер Альфред Хичкок, перебравшись в Голливуд в 1939 году, снял в Соединенных Штатах.

В годы войны в Англии снималось много художественных, документальных и откровенно пропагандистских фильмов, как, впрочем, во всех воюющих странах. Основная тема — нация, объединившаяся ради того, чтобы отстоять свою культуру и свой образ жизни. В короткометражной ленте «Лондон может справиться» рассказывается об одном из дней тревожной осени 1940-го. Фильмы «Сердце Британии», «Слушай Британию» (оба 1941 года) и «Тихая деревня» (1943) воспевают гордящееся своим прошлым общество. Киножурналы яркими красками изображали бесчеловечность врага. «Нацистские варвары посреди пшеничного поля. Они оставляют после себя смерть, разруху, голод... Таков немецкий план, такова порода людей, с которыми мы сражаемся уже два года», — констатировал закадровый голос.

Ход операции «Битва за Англию» также освещался в документальных и художественных лентах. В каждом из них развивалась мысль о том, что британская авиация способна нанести удар когда угодно и где угодно. Уже в 1940 году люди задумывались о послевоенном времени. «Будет немало работы, когда закончится война, и мы построим что-то лучшее, нежели то, что было разрушено. Не будет больше грязных и темных закоулков, не будет голодных без крова над головой», — говорит герой одного из фильмов.

У «Битвы за Англию» есть и еще один аспект: секретная война технологий и шифров. Прежде всего хочу сказать о радаре, невидимом луче, позволявшем англичанам обнаруживать суда и самолеты противника. Вычислив с помощью радара координаты, они могли атаковать врага в любой момент. Командиры итальянских кораблей, курсировавших в Средиземном море, долгое время не могли понять, кто дает наводку британским истребителям и бомбардировщикам. Оказалось, не кто, а что — радар. Если итальянские офицеры всматривались в горизонт, вооруженные лишь биноклями, англичане могли определить курс и скорость вражеских кораблей на расстоянии нескольких километров.

Особо — о войне шифров. Незадолго до войны немцы изобрели аппарат под названием «Enigma», использовавший столь сложную систему шифрования, что взломать ее казалось делом немыслимым. И все-таки англичанам это удалось, создав отдел, которому суждено было войти в историю разведки. Располагался он в старом викторианском здании в тюдоровском стиле в Блетчли-Парке, в нескольких десятках километров от Лондона. Здание окружал обширный сад, который по мере разрастания отдела постепенно застраивался. Во временных блоках трудились специалисты по разным операциям: дешифровке, переводу, сличению и так далее. Первоначально штат состоял из двухсот человек, а в разгар войны в отделе насчитывалось уже семь тысяч сотрудников. В штате были любители ребусов, чемпионы по шахматам, египтологи — ведь все эти люди привыкли разгадывать головоломки. Был даже предпринят весьма «английский» маневр: в газете «The Daily Telegraph» был опубликован исключительно трудный кроссворд, который смогли отгадать лишь двадцать пять человек; троих из них приняли на работу.

________________________________________________________________________


________________________________________________________________________

Материалы по теме:

  • Бомбежки Лондона во время Второй Мировой Войны
  • Участие Англии во Второй мировой войне
  • Британия в период Второй Мировой Войны
  • Италия и Англия во Второй мировой войне - Часть 1
  • Битва за Англию
  • ________________________________________________________________________

    Оцените данный материал:

       Оценка: 9/10. Голосов: 1
    ________________________________________________________________________

    экскурсии в лондоне ________________________________________________________________________

    У нас самые интересные группы в социальных сетях. Присоединяйтесь!

    ________________________________________________________________________